История: Путешествие В. М. Головина на шлюпе “Диана”, исследование Курильских островов, Реферат

     Трудно найти в истории другого мореплавателя, который мог бы сравниться с В.М. Головниным  по широте своего образования и многогранности деятельности. Он был мореплавателем и учёным, историком и географом, экономистом и лингвистом, кораблестроителем и навигатором, этнографом и теоретиком военного морского флота, философом и литератором, государственным и общественным деятелем. Для него были характерны трезвый аналитический ум, глубокое проникновение в сущность явлений, целеустремлённость и несгибаемость воли в достижении поставленной цели. 

     В.М. Головнин родился  8.04.1776 г. в не богатой дворянской семье в д. Гулынки Пронского уезда Рязанской губернии. Происходил из старинного дворянского рода, ведущего своё начало с 17 в. В роду Головнина бережно хранились реликвии о боевых подвигах предков, и ими очень гордились. Это повлияло на определение жизненного пути В.М. Головнина. В 1788 поступил в Морской кадетский корпус, находившийся в Петербурге. В мае 1790 года Головнин, произведённый в гардемарины, назначается на линейный корабль “Не тронь меня”. Своё первое боевое крещение получил в этом же году во время войны России со Швецией. В 1792 г. он должен был закончить морской корпус, но к этому времени ему ещё не исполнилось 17 лет, и поэтому “за малолетством” его оставили в корпусе ещё на один год. Это сыграло в жизни будущего мореплавателя важную роль: он полностью отдался изучению гуманитарных наук и иностранных языков. После окончания Морского кадетского корпуса он добился назначения на военный транспорт, отправлявшийся в Стокгольм с русским послом С.П. Румянцевым. В 1798 году его назначили флаг-офицером на эскадру вице-адмирала М.К. Макарова, где он в том числе исполнял и обязанности адъютанта и переводчика.

     Головнин блистательно исполнял свои обязанности на кораблях, проявляя находчивость и сообразительность. В апреле 1799 года он был произведён  в лейтенанты. За это время значительно расширился его кругозор, молодой офицер обогатился знаниями разговорного английского языка, опытом ведения дипломатических переговоров. В 1802 году, когда потребовалось послать 12 лучших офицеров на английский флот для морской практики, в их числе оказался и В.М. Головнин. Когда он отправился в Англию, ему уже исполнилось 26 лет, за его плечами – опыт плавания на разных кораблях и в разных должностях. В 1805 году отправился в Вест – Индию. В этом плавании получил новые яркие впечатления и расширил свой географический кругозор.

     За время службы на английском флоте Головнин обогатил свои познания в различных областях. И когда через несколько лет ему довелось руководить экспедицией, приобретённый опыт и познания очень пригодились.

     Русское правительство решило направить шлюп “Диана” в кругосветную экспедицию, главной целью которой были географические открытия в северной части Тихого океана, преимущественно в пределах России. Ему было также поручено доставить разные материалы в Охотск. Началь­ником кругосветной экспедиции назначили Головнина, хотя он был тогда всего-навсего лейте­нантом. В истории русского флота не отмечено такого факта, чтобы лейтенанту доверили коман­дование кораблем, коль “скоро надлежало плыть далее пределов Балтийского моря. Однако ж по уважению к опытности и познаниям Головнина морское министерство отступило от этого обще­го правила”,- писал Ф. Врангель.

Адмиралтейский департамент снабдил Голов­нина специальной инструкцией, излагавшей ос­новные методы научных исследований. Эта ин­струкция предписывала командиру “Дианы” делать подробные описания земель и островов, не отмеченных на карте, определять их коорди­наты, производить тщательные промеры и т. п. При плавании в районе дальне­восточных владений России предлагалось опре­делить возможность постоянного судоходства и собрать сведения о климате и экономике тех мест, “кои пристанищем служить могут”. Нако­нец инструкция обязывала собирать сведения, касающиеся военно-морского искусства посещае­мых стран. При этом подчеркивалось, что инте­рес могут представлять не только данные, имею­щие непосредственное отношение к морскому искусству, но и все новое, полезное, любопытное, служащее к распространению “познаний чело­веческих во всех частях”.

В связи со всеми этими указаниями Адмирал­тейский департамент обращал особое внимание: на тщательное ведение журнала. “Польза всяко­го путешествия, - говорилось в инструкции, - состоит в замечании всего, что случится видеть нового и полезного. Для таковых замечаний должны вы вести журнал путешествия вашего”.

Таким образом, перед экипажем “Дианы” были поставлены серьезные задачи.

Несмотря на молодость и сравнительно не­большой опыт, В. М. Головнин, как начальник экспедиции, проявил удивительную предусмот­рительность. Он неустанно следил за снаряже­нием и оснащением “Дианы”, под его руковод­ством русские мастера обычный транспорт-лесо­воз превратили в шлюп — небольшой трехмач­товый парусный корабль.

Большое внимание начальник экспедиции об­ратил на изучение навигационных характери­стик различных морей и океанов, портов и гава­ней, бухт и заливов, лежащих на пути намечен­ного маршрута. Корабль был оснащен всеми до­ступными для того времени инструментами и приборами для навигационных и астрономиче­ских наблюдений, для проведения различных исследований. Не забыл командир и о корабель­ной библиотеке, которую составили из трудов мо­реплавателей, лоций и “лексиконов” — англий­ского, французского и голландского словарей.

Первостепенное значение Головнин придавал обеспечению путешествия наиболее точными кар­тами, хотя вместе с тем говорил, что к ним нужно относиться критически. “При выборе морских карт, - писал он, - надобно быть от­менно осторожным, а особливо в Англии, не должно верить надписям: вернейшая, точней­шая, новейшая... Самые несправедливые, наполненные величайшими, непростительными погреш­ностями карты с такими надписями продаются в Лондоне, которых все достоинство состоит только в одной гравировке”.

Заботясь о добротном оснащении экспедиции, Головнин великолепно понимал, что судьба ее в конечном счете будет решена людьми — офи­церами и матросами. Экипаж корабля, состояв­ший из пятидесяти пяти матросов, семи офице­ров и трех гардемаринов, был подобран самим командиром. Помощником капитана был назна­чен высокообразованный и хорошо подготовлен­ный во всех отношениях храбрый лейтенант П. И. Рикорд, с которым Головнина связывали узы сердечной дружбы со времени их совмест­ной учебы в морском корпусе.

Штурманская часть была возложена на способного и знающего свое дело офицера А. И. Хлебникова. Экипаж хорошо осознавал огромное значение экспедиции и свой долг пе­ред родиной.

Были заготовлены продовольствие, медика­менты, комплекты обмундирования с учетом климатических условий в различных широтах Мирового океана. Головнин использовал опыт и советы И. Ф. Крузенштерна, который во вре­мя первого русского кругосветного путешествия не потерял ни одного человека. Это было уни­кальным явлением в истории мореплавания.

Но вот закончены все приготовления, и 25 июля 1807 г. “Диана” снялась с якоря, тепло провожаемая военными моряками и жителями Кронштадта.

Сразу же после выхода из Кронштадта “Диа­ну” встретила ненастная погода: порывистый ве­тер и шторм. Шлюп успешно выдержал испыта­ние - ни такелаж, ни паруса его не пострадали. Высокую подготовленность и выносливость про­явили матросы: “сей случай мне показал, что матросы наши весьма проворны и исправны в своем ремесле”,- отмечал Головнин. За добро­совестное и ревностное выполнение своих слу­жебных обязанностей все нижние чины получи­ли денежное вознаграждение. Борьба со штормом в начале плавания укрепила сплоченность офице­ров и матросов “Дианы”. Василий Михайлович не сомневался, что с такими моряками будут преодолены любые трудности дальнего похода.

Утром 7 августа “Диана” бросила якорь на рейде Копенгагена. Русских моряков удивило Множество английских военных кораблей, стоя­щих перед столицей Дании. Выяснилось, что англичане требовали передать им весь датский флот из опасения, как бы Наполеон не исполь­зовал его в своих целях. Однако Дания, стре­мившаяся сохранить нейтралитет, отвергла это требование. Тогда англичане без объявления войны вероломно напали на Копенгаген. Дат­ское правительство покинуло столицу, но пат­риоты решили дать отпор иноземным захватчи­кам. Решимость датского народа отстоять свою независимость и его борьба против превосходя­щих сил вызвали восхищение Головнина и всех его офицеров и матросов. Командир “Дианы” понимал, что и без того сложная международная обстановка быстро ухудшается, что на пути корабля возникнет не­мало препятствий. 1, 6 сентября, на сорок пятые сутки, “Диана” вошла в Портсмут, где предстояло закупить свежий провиант, водку, ром и свинец. По догово­ренности с английским правительством Торго­вый департамент был обязан снабдить “Диану” всем необходимым. Но к этому времени русско-английские противоречия обострились. Дипло­матические отношения между Россией и Англией были прерваны в связи с тем, что русское прави­тельство присоединилось в соответствии с усло­виями Тильзитского договора к континенталь­ной блокаде. Английские таможенные чиновни­ки чинили всевозможные препятствия русским в приобретении предметов первой необходимо­сти и продовольствия, в частности, рома, кото­рый использовался тогда в качестве противо­цинготного напитка.

В этой обстановке командир “Дианы” про­явил изумительную гибкость и осторожность. Предвидя неизбежность войны между Россией и Англией, Головнин, чтобы обезопасить судно от захвата в качестве военного трофея, выхло­потал у английского правительства паспорт, удо­стоверявший, что “Диана” предпринимает пла­вание с научными целями. Было также дано разрешение на беспошлинный отпуск напитков, хотя таможенные чиновники все же попытались и после этого чинить всякие препятствия. “Все путешественники,— пишет Головнин,— до оного бывшие в Англии, все купцы, как подданные британской короне, так и иностранные, знают, что подлее, бесчестнее, наглее, корыстолюбивее и бесчеловечнее английских таможенных служи­телей нету класса в целом свете”.

После двухмесячной стоянки в Портсмуте “Диана” 1 ноября покинула порт и взяла курс к восточному берегу Южной Америки. Головнин ввел разумную экономию в расходовании продо­вольствия и разработал меню с учетом климатических условий в различных районах Миро­вого океана, через которые проходила “Диана”. Во время стоянки в гаванях матросы получали свежее мясо, овощи, фрукты. Зная, что пиво хорошо предохраняет от цинги, Головнин сделал большие запасы этого напитка. На корабле под­держивался образцовый порядок, чистота. Офи­церы внимательно следили за состоянием здо­ровья матросов, их питанием, соблюдением ре­жима дня. Благодаря принятым мерам на шлюпе в течение всего плавания почти никто не болел.

9 января 1808 г. “Диана” бросила якорь у бе­регов Бразилии в большой гавани острова Санта-Катарина (Св. Екатерины). Здесь за время десятидневной стоянки экипаж пополнил запасы свежей провизии и пресной воды. Пока произво­дился ремонт шлюпа и грузилось продовольст­вие, были сделаны астрономические наблюдения, определены географические координаты острова, подробно описаны гавань и укрепления крепости, определены глубины рейда. “Сей порт, - писал Головнин, - есть один из самых безопаснейших в целом свете; он способен вместить величай­ший военный и торговый флот”. Однако укреп­ления бразильского порта, принадлежавшего, как и вся Бразилия, португальцам, находились в самом запущенном состоянии. Солдаты гарни­зона были плохо одеты, ружья у часовых покры­ты ржавчиной.

Покинув остров Санта-Катарину 26 января, “Диана” миновала устье реки Ла-Платы, а 12 февраля обогнула мыс Горн и вступила в воды Тихого океана. Здесь мореплавателей встретил сильный шторм. Вода стала проникать внутрь корабля. Более двух недель команда “Дианы” мужественно боролась с разбушевав­шейся стихией. Матросы выбились из сил, у многих появились признаки цинги. Пробиться в Тихий океан было очень трудно.

В. М. Головнин, зная, что в высоких широтах Атлантического океана в это время господству­ют западные ветры, с которыми “Диана” успеш­но могла бы дойти до мыса Доброй Надежды, решил изменить ранее намеченный курс.

27 февраля “Диана” прошла мимо островов Тристан-да-Акунья, а на рассвете 18 апреля русские моряки увидели берега мыса Доброй Надежды. Через два дня шлюп вошел в Сай-монстаун, принадлежавший англичанам. Несмот­ря на то что “Диана” имела специальное разре­шение английского правительства, командующий английской эскадрой вице-адмирал Барти, объ­явив В. М. Головнину о войне, начавшейся меж­ду Россией и Англией, задержал русский ко­рабль до получения соответствующего распоря­жения из Англии.

Василий Михайлович все же сумел использо­вать более чем годовое пребывание у мыса Доб­рой Надежды для описания этих мест. Основы­ваясь на литературных источниках и личных на­блюдениях, он дает всестороннюю географиче­скую характеристику этого района, занятий и быта населения, условий мореплавания и стоянки судов.

Запасы продовольствия на “Диане” подходили к концу, а адмирал Барти отказался снабдить русских провизией. Он предложил Головнину выслать матросов для работы на английских кораблях, за что обещал кормить русских моря­ков. Головнин отверг требования английского адмирала, унижающие русского человека.

“Когда я уверился, - пишет он, - что по сему делу между англичанами и мною справедливость на моей стороне, тогда я решился, не теряя пер­вого удобного случая, извлечь порученную мне команду из угрожавшей нам крайности” — то есть самовольно уйти из залива.

Выполнение этого решения было сопряжено с огромными трудностями и опасностями. “Диа­на” стояла в глубине залива около английского адмиральского корабля “Прозерпина” и была окружена другими судами. Необходимо было выждать благоприятный случай.

Готовясь к рискованному предприятию, В. М. Головнин занялся изучением направления вет­ров у берегов и в открытом океане; для этой цели он неоднократно выходил на шлюпке в море. На основании многочисленных опытов он установил, что если в заливе Фолс-Бей, где сто­яла “Диана”, дует северо-западный или запад­ный ветер при ясной или облачной, но сухой погоде, то в открытом океане в это же время бывают ветры юго-западного, южного или даже юго-восточного румбов. На основании этого Го­ловнину удалось точно определить момент для осуществления своего смелого замысла.

16 мая подул сильный северо-западный ветер, а с наступлением сумерек налетел шквал, стало совсем пасмурно. Корабли английской эскадры к этому времени не были готовы к выходу в море. Капитан “Дианы” велел поставить штор­мовые паруса, шлюп снялся с якоря. Тотчас же со стоявшего недалеко английского судна дали знать на вице-адмиральский корабль о действи­ях русских, но “Диана” уже успела выйти в от­крытое море и взяла курс на Камчатку. “Таким образом кончилось наше задержание, или, лучше сказать, наш арест на мысе Доброй Надежды, продолжавшийся один год и 25 дней”,- пишет Головнин в своей книге.

Учитывая, что плавание будет продолжитель­ным, Головнин позаботился о сохранении здоровья моряков и строжайшей экономии продо­вольствия и пресной воды.

Не выпустил из виду капитан и научные за­дачи. Штурману Хлебникову поручалось в кон­це вахты записывать, “какие были видны пти­цы, морские животные или растения, а также означать градусы на термометре и состояние барометра, все феномены и метеоры вносить в журнал”. Все это исполнялось в точности, вах­тенный журнал наполнялся свежими сведениями об океане и землях, которые довелось посетить русским морякам.

“Диане” надо было торопиться, чтобы прийти на Камчатку до наступления зимы. Экипаж по­лучал лишь две трети обычного рациона, но никто не роптал, моряки неутомимо выполняли свой долг. Более двух месяцев шла “Диана” по бурному океану, борясь со штормами и встреч­ными ветрами. Наконец на рассвете 26 июля мо­реплаватели увидели землю. Это был остров Тана - один из островов Новогебридского ар­хипелага.

С небольшой группой моряков командир “Диа­ны” отправился на берег. Островитяне охотно отдавали плоды в обмен на гвозди, топоры и всевозможные украшения, вроде бисера, помо­гали русским переносить дрова и бочонки с во­дой к берегу.

31 июля приготовления к дальнейшему плава­нию были закончены и “Диана” снялась с яко­ря.

Плавание “Дианы” продолжалось. В полдень 23 сентября 1809 г. “ко всеобщей нашей радости увидели мы камчатский берег,— писал Голов­нин.— Берег, принадлежащий нашему отечеству! И хотя он от С.-Петербурга отдален на 13000 верст, но со всем тем составляет часть России... Радость, которую мы чувствовали при воззре­нии на сей грозный дикий берег, представляю­щий природу в самом ужасном виде, могут толь­ко те понимать, кто бывал в подобном нашему положении или кто в состоянии себе вообразить оное живо!”.

Итак, русские моряки после двухгодичного похода по морям и океанам и сопутствовавших ему многочисленных приключений снова были у родных берегов.

Спустя два дня “Диана” вошла в Петропав­ловскую гавань. В. М. Головнин узнал о на­граждении его двумя орденами: боевым орденом св. Георгия — “за осьмнадцать морских кампа­ний” и орденом св. Владимира—“за благопо­лучное совершение многотрудного путешествия”.

При подготовке данной работы были использованы материалы с сайта http://www.studentu.ru


Еще из раздела История:


 Поиск рефератов
 
 Реклама
 Реклама
 Афоризм
Если вы смотрите телевизор, вы, должно быть, заметили, что хорошие парни побеждают плохих всегда, кроме девятичасовых новостей.
 Гороскоп
Гороскопы
 Знакомства
я  
ищу  
   лет
 Реклама
 Счётчики
bigmir)net TOP 100